Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Нам нужны все граждане». Отказ от беларусского паспорта в эмиграции обойдется в 400 евро, но может и не получиться — узнали подробности
  2. «Небо оживает». Над Беларусью «стали замечать» самолеты европейской страны
  3. «Ненавижу». Россиянин, который поджег авто беларусского генерала, — о заключении, пытках от Кубракова и о том, зачем пошел на войну
  4. «Должны были посадить, если бы ей чудом не удалось выехать». Рита Дакота рассказала, за что силовики задерживали ее маму в Беларуси
  5. YouTube в Беларуси заблокируют? Вспоминаем, как дважды это уже случалось (и что говорили эксперты)
  6. Пропавшая с 150 тысячами долларов Мельникова уже после исчезновения купила две квартиры в Минске. Вот что узнало «Зеркало»
  7. Что будет с долларом после разгона цены на нефть выше 100 долларов? Прогноз курсов валют
  8. Лукашенко обрушился с критикой на руководство крупной компании, которую ранее национализировали
  9. Беларус в Threads задался вопросом, почему в деревнях дома красили в желто-голубой цвет, — версии вас удивят
  10. «Забрали семью, которая долго не была в РБ». Беларуска рассказала про «странный» допрос на границе
  11. Гостелеканал спросил у жителей Гродно, поддержат ли они блокировку YouTube. Участники опроса были единодушны
  12. «Вот это „Жди меня“ премиум». Полька искала родных в Беларуси для генеалогического древа — в соцсетях их нашли за несколько дней
  13. Следы этой истории вы найдете в своей аптечке. Рассказываем об одном из самых загадочных массовых убийств Америки
  14. Пропагандист: В Беларуси начинают бороться с «теневыми тунеядцами» — людьми, которые ходят на работу, платят налоги, но делают очень мало
  15. Собираются ввести новшества в отношении недвижимости
  16. В Беларуси меняют правила перепланировки жилья. С чем станет проще?
  17. Беларусы вместо двух билетов на рейс купили четыре. Решили не возвращать, а взять больше чемоданов. Что на это ответила «Белавиа»?
  18. В список «экстремистских формирований» внесли еще две организации


На Ближнем Востоке растет напряженность. Израиль готовится к нападению со стороны Ирана и его союзников из ливанской группировки «Хезболла». После убийства политического лидера ХАМАС Исмаила Хании в Тегеране Иран пообещал «принять ответные меры», «Хезболла» заявила, что ответ «не за горами». В Израиле опасаются, что под ударом в первую очередь окажется север страны, в частности, Хайфа, где уже подготовили тысячи больничных мест на случай начала большой войны, пишет Русская служба Би-би-си.

Подземная больница в Хаифе. 2024 год, Израиль. Фото: Reuters
Подземная больница в Хайфе. 2024 год, Израиль. Фото: Reuters

Это перевод репортажа корреспондента Би-би-си в Хайфе, оригинал на английском языке можно прочитать здесь.

Глубоко под городом Хайфа на севере Израиля расположена огромная подземная больница.

Внутри ее бетонных стен — многие сотни коек. Здесь есть операционные, родильное отделение и медицинские принадлежности, разложенные по углам. Но пациентов пока нет.

Медицинский центр «Рамбам» построил этот бункер после войны между Израилем и «Хезболлой» в 2006 году.

В обычное время это многоэтажная автостоянка, но ее можно переоборудовать в больницу меньше чем за три дня. Объект находится в состоянии боевой готовности с момента нападения ХАМАС 7 октября 2023 года и последовавшей за ним военной операцией Израиля в секторе Газа.

Подземная больница в Хайфе. 2024 год, Израиль. Фото: Reuters
Подземная больница в Хайфе. 2024 год, Израиль. Фото: Reuters

Объект рассчитан более чем на 2000 коек. В случае серьезного нападения на Израиль он примет пациентов из наземного медицинского центра и других близлежащих больниц. Здесь найдется место и для лечения раненых.

После убийства на прошлой неделе политического лидера ХАМАС Исмаила Хании и высокопоставленного командира «Хезболлы» Фуада Шукра над регионом нависла угроза полномасштабной войны. Врачи говорят, что они готовы к нападению на Хайфу.

— Когда, когда, когда это произойдет? Никто не знает. Мы много говорим об этом, — говорит доктор Ави Вайсман, медицинский директор центра.

Люди обеспокоены, добавляет он. Вайсман и его сотрудники надеются, что эскалация насилия продлится недолго.

Рядом с больницей открывается потрясающий вид на город и его процветающий порт. По морю скользят корабли и танкеры.

Но близость Хайфы к Ливану — и к ракетам «Хезболлы» — делает ее уязвимой.

Подземная больница в Хайфе. 2024 год, Израиль. Фото: Reuters
Подземная больница в Хайфе. 2024 год, Израиль. Фото: Reuters

Местные жители привыкли к учебным тревогам, которые проводятся каждые несколько месяцев. Школьники регулярно репетируют, что делать в случае нападения.

Молодая пара, которую журналисты встретили в центре города, рассказала о том, как они живут с ощущением постоянной угрозы.

— Это как тикающая бомба замедленного действия, — говорит женщина. — В любую минуту может прозвучать сигнал тревоги. Умру ли я? Успею ли я съездить к родным?

Другие не так обеспокоены. В своей недавно открывшейся кофейне Луай наливает капучино и говорит, что уже свыкся с ситуацией.

— Люди боятся. Я не боюсь, — сказал он.

Доктор Вайсман рассказал, что угроза нападения беспокоит всех сотрудников больницы. 2024 год. Фото: Би-би-си
Доктор Вайсман рассказал, что угроза нападения беспокоит всех сотрудников больницы. 2024 год. Фото: Би-би-си

Но мэр Хайфы, с которым журналисты говорили в здании администрации, признается, что по ночам его мучает бессонница. Йоно Яхаву уже за 80, и груз ответственности виден в его глазах. Он руководил городом и во время войны 2006 года.

— Я очень расстроен всем этим, — сказал он. — Ситуация на Ближнем Востоке все тревожнее. Лидеры озабочены только разрушением, убийствами, борьбой вместо того, чтобы строить.

Хайфа — так называемый смешанный город, где значительное число израильских арабов живет рядом с израильскими евреями. Йоно Яхав говорит, что это мирная община — и это делает нынешний конфликт еще более болезненным.

Мир, настаивает он, все еще возможен.

И международная дипломатия продолжается, даже когда врачи Хайфы готовят к атаке свою больницу-крепость.

Остается надежда, что, возможно, им никогда не придется ее использовать.