Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Беларусы вместо двух билетов на рейс купили четыре. Решили не возвращать, а взять больше чемоданов. Что на это ответила «Белавиа»?
  2. «Отвечают: так налог же». Минчанка пожаловалась, что МТС отправил ее в минус на сотни рублей после поездки в Грузию
  3. Пропавшая с 150 тысячами долларов Мельникова уже после исчезновения купила две квартиры в Минске. Вот что узнало «Зеркало»
  4. За полтора часа до своего дедлайна Трамп дал ответ на предложение перемирия с Ираном
  5. «Должны были посадить, если бы ей чудом не удалось выехать». Рита Дакота рассказала, за что силовики задерживали ее маму в Беларуси
  6. Стал известен приговор айтишнику из Wargaming, которого судили по восьми статьям. Одна из них — «расстрельная»
  7. Лукашенко обрушился с критикой на руководство крупной компании, которую ранее национализировали
  8. Пропагандист: В Беларуси начинают бороться с «теневыми тунеядцами» — людьми, которые ходят на работу, платят налоги, но делают очень мало
  9. «Нам нужны все граждане». Отказ от беларусского паспорта в эмиграции обойдется в 400 евро, но может и не получиться — узнали подробности
  10. «Ненавижу». Россиянин, который поджег авто беларусского генерала, — о заключении, пытках от Кубракова и о том, зачем пошел на войну
  11. В Беларуси меняют правила перепланировки жилья. С чем станет проще?
  12. YouTube в Беларуси заблокируют? Вспоминаем, как дважды это уже случалось (и что говорили эксперты)
  13. Гостелеканал спросил у жителей Гродно, поддержат ли они блокировку YouTube. Участники опроса были единодушны
  14. «Небо оживает». Над Беларусью «стали замечать» самолеты европейской страны
  15. Собираются ввести новшества в отношении недвижимости
  16. В список «экстремистских формирований» внесли еще две организации
  17. Беларус в Threads задался вопросом, почему в деревнях дома красили в желто-голубой цвет, — версии вас удивят
  18. «Вот это „Жди меня“ премиум». Полька искала родных в Беларуси для генеалогического древа — в соцсетях их нашли за несколько дней


Министр обороны России Сергей Шойгу заявил, что украинская армия за время войны потеряла убитыми и ранеными более 383 тысяч военнослужащих, почти половину из них — за время контрнаступления с 4 июня.

Скриншот видео
На заседании коллегии Минобороны Шойгу отчитался перед Путиным о потерях ВСУ. Скриншот видео

На расширенном заседании коллегии Минобороны министр Шойгу отчитался перед Путиным, что за время вторжения России в Украину потери ВСУ превысили 383 тысячи военнослужащих убитыми и ранеными. Воюющие за Украину иностранные добровольцы, по его словам, потеряли более 5800 человек, в том числе 1427 — граждан Польши, 466 — США и 344 — Великобритании.

Шойгу утверждает, что за время контрнаступления — с 4 июня — были убиты и ранены 159 тысяч украинских военнослужащих.

Что касается военной техники, то, как заявил российский министр, с начала войны ВСУ потеряли 14 тысяч танков, боевых машин пехоты и бронетранспортеров, 553 самолета и 259 вертолетов, восемь с половиной тысяч орудий полевой артиллерии и реактивных систем залпового огня.

Напомним, и Россия, и Украина с начала войны не называют цифры своих потерь. Однако по рассекреченным данным американской разведки, война в Украине обошлась России в 315 000 убитых и раненых военнослужащих, или почти 90% личного состава, которым она располагала на момент начала конфликта. В августе американские чиновники, на которых ссылалась газета The New York Times, оценивали потери Украины в 70 тысяч погибших и до 120 тысяч раненых.

На сегодняшней коллегии Шойгу также заявил, что «российскими группировками войск освобождена территория в пять раз больше, чем занимали Луганская и Донецкая народные республики до начала спецоперации». Однако, как подсчитало российское издание «Вёрстка», Шойгу на 23% завысил площадь захваченных за время войны территорий Украины — вероятно, включив в них 20 тысяч квадратных километров территорий правобережной части Херсонской области и востока Харьковской области, с которых российские войска отступили прошлой осенью.

В условиях военных действий мы не можем оперативно проверить достоверность данных официальных лиц о конфликте. Любые сообщения воюющих сторон о своих и чужих потерях следует воспринимать с определенной долей скепсиса.