Помощь жертвам землетрясения в Сирии пришла с большим опозданием из-за того, что правительство страны целую неделю не давало разрешение на ввоз гуманитарных грузов и въезд спасателей в пострадавшие районы на северо-западе страны, контролируемые силами оппозиции. Об этом Би-би-си рассказали эксперты в области международного права, том числе юристы, бывшие сотрудники ООН и судьи Международного суда.
Общеизвестно, что при землетрясении ключевыми являются первые 72 часа, в этот промежуток времени есть самые высокие шансы найти максимально большое число живых людей под завалами.
В первые часы трагедии ООН обратилась к сирийским властям за разрешением открыть дополнительный пограничный контрольно-пропускной пункт, чтобы получить доступ на северо-западные территории.
Эксперты считают, что в той ситуации ООН могла не дожидаться ответа Дамаска, а применить более широкое толкование международного права.
«Если в законе говорится, что нельзя доставить молочную смесь голодающему младенцу, потому что он находится по другую сторону границы, надо нарушить закон», — считает Эндрю Гилмор.
Он был одним из высокопоставленных сотрудников ООН в 2014 году, когда согласовывалась первая резолюция о поставках гуманитарной помощи в районы Сирии, удерживаемые повстанцами.
«Фактор времени и немедленное реагирование — самое главное при землетрясении. А ООН просто ждала чего-то в полном ступоре», — сказала Би-би-си другой эксперт, адвокат в области прав человека Сара Кайали.
Жертвами землетрясения, произошедшего в начале февраля, стали около шести тысяч сирийцев, более 8,7 тысячи человек пострадали. Многие получили тяжелые увечья.
Эпицентр землетрясения магнитудой в 7,8 балла по шкале Рихтера пришелся на турецкую провинцию Газиантеп. Это землетрясение унесло в Турции и Сирии жизни около 52 тысяч человек.
Основное число жертв пришлось на Турцию, но в Сирии погибло около 6 тысяч человек, в том числе 4,5 тысячи на северо-западе страны, удерживаемом повстанцами.
Вина ООН
Би-би-си поговорила с большим числом экспертов — юристами, бывшими сотрудниками ООН и судьями Международного суда, и все они уверены, что спасенных сирийцев было бы намного больше, если бы ООН действовала более решительно.
«Чтобы доставить гуманитарную помощь через границу государства, нам нужно либо согласие властей страны, либо, как в случае с Сирией, единая резолюция Совета Безопасности. Мы можем вести научные споры на тему международного права недели, месяцы и годы. Мы стоим на позиции, что международное право не задержало нашу работу», — сказал в защиту ООН пресс-секретарь генсека организации Стефан Дюжаррик.
Помимо выделения помощи и ее доставки, ООН также играет важную роль в координации международных усилий по ликвидации последствий стихийного бедствия.
В частности, она руководит работой спасательных бригад UNDAC, которые могут развертываться в любой точке мира в течение 12−48 часов после запроса, что и произошло в Турции.
Но, как выяснилось, ООН не делала официального запроса на въезд бригад скорой медицинской помощи на северо-запад Сирии. Представители организации также не смогли подтвердить Би-би-си, что был сделан запрос на развертывание UNDAC.
Стефан Дюжаррик парирует, что нехватка аварийных бригад на месте трагедии связана с рядом решений, принятых сирийским правительством.
«Есть проблемы с безопасностью. Есть всевозможные политические проблемы, которые могли повлиять на это», — говорит представитель ООН.
Но специальный советник прокурора Международного уголовного суда Марко Сассоли заявляет, что ООН могла обеспечить помощь без необходимости получения разрешения Сирии, на основе Женевской конвенции, которая является гарантом международного гуманитарного права.
«Женевская конвенция, подписанная в том числе и Сирией, гласит, что независимый гуманитарный орган может предлагать свои услуги всем сторонам конфликта», — сказал он Би-би-си.
Жертвы землетрясения тоже считают, что ООН действовала недостаточно оперативно. Среди них и Омар Хаджи, потерявший в землетрясении жену и пятерых детей.
Журналисты Би-би-си встретили его в первые дни после бедствия. Он разыскивал своего шестого ребенка — 14-летнего Абдурахмана, который на тот момент считался пропавшим без вести, но впоследствии был найден.
«Помощь ООН была недостаточной. Самую значительную помощь оказывали местные жители. Если бы ООН подоспела раньше, многое было бы по-другому», — считает Омар.
«ООН подвела жителей северо-запада Сирии. Они справедливо чувствуют себя брошенными в ожидании международной помощи, которая так и не прибыла», — написал в Twitter глава службы экстренной помощи ООН Мартин Гриффитс, посетивший через неделю после землетрясения пограничный переход Баб-эль-Хава.
Опрометчивый шаг США
Вашингтон временно смягчил свои антисирийские санкции, чтобы облегчить ликвидацию последствий разрушительного землетрясения, пишет во вторник газета New York Times.
В частности, для беспрепятственного поступления средств на восстановление пострадавших районов на шесть месяцев снята часть ограничений, касающихся сирийской банковской системы.
Издание пишет, что вопрос санкций — единственное, что интересовало Башара Асада в первые часы и дни после трагедии.
Асад не объявил чрезвычайное положение, не ввел траур по погибшим и посетил пострадавшие районы лишь несколько дней спустя после бедствия, пишет NYT. Зато в первый же день его правительство призвало Запад снять со страны санкции. Это единственное, что интересовало Дамаск.
Сначала Вашингтон ответил отказом, заявив, что санкции никак не ограничивают спасательные работы, но затем все-таки пошел на уступки. То же самое сделал и Евросоюз в отношении своего пакета антисирийских санкций.
Международные санкции были наложены на Дамаск в связи с жестоким подавлением протестов, переросших в гражданскую войну с множеством жертв, из-за тесных связей с Ираном, ведущим агрессивную ближневосточную политику, и по многим другим соображениям.
New York Times пишет, что февральское землетрясение стало для режима Башара Асада политическим благом и что он попытается воспользоваться сочувствием всего мира в собственных интересах.
Многие арабские лидеры, которые до сих пор избегали контактов с Асадом, прислали ему свои соболезнования и гуманитарную помощь для пострадавших.
Есть опасение, что Асад и его ближайшее окружение используют ослабление западных санкций для укрепления собственной финансовой базы, обеспечивающей им власть, пишет американское издание.
«Режим, который уже использует землетрясение для получения политической выгоды, собирается использовать его для возвращения и укрепления своих позиций», — сказал в комментарии NYT Эндрю Тейблер, старший научный сотрудник Вашингтонского института и бывший советник отдела Госдепартамента по делам Ближнего Востока.
Ослабление санкций позволяет правительству Сирии проводить финансовые транзакции, прикрываясь помощью жертвам землетрясения, и для режима с таким послужным списком это невероятная удача, считает Тейблер.
Госдеп США заверил, что у американского минфина есть рычаги для того, чтобы не допустить таких злоупотреблений, но не объяснил, как именно это можно сделать. Минфин также не ответил на неоднократные запросы New York Times.