Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Нам нужны все граждане». Отказ от беларусского паспорта в эмиграции обойдется в 400 евро, но может и не получиться — узнали подробности
  2. «Небо оживает». Над Беларусью «стали замечать» самолеты европейской страны
  3. «Ненавижу». Россиянин, который поджег авто беларусского генерала, — о заключении, пытках от Кубракова и о том, зачем пошел на войну
  4. «Должны были посадить, если бы ей чудом не удалось выехать». Рита Дакота рассказала, за что силовики задерживали ее маму в Беларуси
  5. YouTube в Беларуси заблокируют? Вспоминаем, как дважды это уже случалось (и что говорили эксперты)
  6. Пропавшая с 150 тысячами долларов Мельникова уже после исчезновения купила две квартиры в Минске. Вот что узнало «Зеркало»
  7. Что будет с долларом после разгона цены на нефть выше 100 долларов? Прогноз курсов валют
  8. Лукашенко обрушился с критикой на руководство крупной компании, которую ранее национализировали
  9. Беларус в Threads задался вопросом, почему в деревнях дома красили в желто-голубой цвет, — версии вас удивят
  10. «Забрали семью, которая долго не была в РБ». Беларуска рассказала про «странный» допрос на границе
  11. Гостелеканал спросил у жителей Гродно, поддержат ли они блокировку YouTube. Участники опроса были единодушны
  12. «Вот это „Жди меня“ премиум». Полька искала родных в Беларуси для генеалогического древа — в соцсетях их нашли за несколько дней
  13. Следы этой истории вы найдете в своей аптечке. Рассказываем об одном из самых загадочных массовых убийств Америки
  14. Пропагандист: В Беларуси начинают бороться с «теневыми тунеядцами» — людьми, которые ходят на работу, платят налоги, но делают очень мало
  15. Собираются ввести новшества в отношении недвижимости
  16. В Беларуси меняют правила перепланировки жилья. С чем станет проще?
  17. Беларусы вместо двух билетов на рейс купили четыре. Решили не возвращать, а взять больше чемоданов. Что на это ответила «Белавиа»?
  18. В список «экстремистских формирований» внесли еще две организации


В начале мая Всемирная организация здравоохранения официально отменила чрезвычайное положение, объявленное из-за пандемии COVID-19. Мир перестал носить маски и сдавать тесты, чтобы перемещаться между странами. Между тем люди, которые переболели коронавирусом несколько лет назад, сталкиваются с проблемами. Для них пропадают запахи и вкусы или искажаются до неузнаваемости. Вот две такие истории.

Фото: Reuters
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Reuters

Имена собеседников изменены в целях безопасности.

Ольга, 45 лет, Минск: «Запах продуктов — смесь кошачьих фекалий и формалина»

Я переболела ковидом в ноябре 2020 года. Болезнь протекала не очень тяжело. Была температура около 37 градусов, 10% легких было поражено. Первые несколько дней очень сильно болела голова — затылочная часть справа. Потом врач сказал, что там находится отдел мозга, который отвечает за запахи и вкус. Обоняние и вкус пропали на три месяца, затем вернулись, но в искаженном виде. Я была рада и этому.

В мае 2021 года внезапно продукты питания стали невыносимо вонять. Смесь запаха кошачьих фекалий, формалина и еще непонятно чего. Почти ничего не могла есть, только макароны и рыбу. Хуже всего пахли мясные и молочные продукты, лук и яйца.

За два года настоящие вкусы и запахи так и не вернулись. До сих пор не могу есть яйца, чеснок, лук, некоторые виды колбас. В кафе и ресторанах прошу блюда без лука. Если иду в гости к знакомым, для меня готовят отдельно. Врачи ничего сделать не могут. Сказали, что это длительный процесс. Протекает у всех по-разному. Нормальное обоняние может не вернуться никогда.

Еще я стала очень чувствительна к запаху пота. Просто невыносимо ездить в общественном транспорте. Стараюсь ходить пешком. Я работаю учителем, и физически не могу находиться в аудитории, если там есть хотя бы один нечистоплотный человек.

После ковида появилось тревожное расстройство. Пришлось обратиться к психотерапевту. Пропал и нормальный сон. Уже больше двух лет не могу выспаться, сплю в берушах и маске.

Мне 45, но я уже могу забыть какое-нибудь слово, а ведь мне постоянно надо что-то рассказывать ученикам. Думаю, моя жизнь прежней уже не будет. Болезнь повлияла на работу мозга.

Мария, 30 лет, Минск: «Для меня трагедия, если в офисе кто-то разогрел в микроволновке еду с луком — дышать становится невозможно»

Я переболела ковидом в декабре 2020 года. Болезнь протекала без осложнений, только на несколько дней пропали обоняние и вкус. Самое неприятное ждало меня впереди.

После выздоровления мне перестал нравиться запах духов, стиральных порошков, прочей химии. Еще через год буквально в один момент стали отвратительны на вкус многие продукты. Одно время я даже не могла пить чай и кофе.

Это сложно описать словами. Лук и пот теперь пахнут — вернее, воняют — одинаково. Похоже на какую-то гниль, наверное. Гнилью отдают и яйца. Запах чеснока теперь трудно с чем-то сравнить, что-то очень мерзкое. Огурцы вообще ни на что не похожи, нет таких запахов в мире. Арбуз тоже таким огуречным ароматом отдает. Почему-то манго и все продукты с манго воняют, как помет кота. Бытовая химия тоже по-другому пахнет. Бензин похож, наверное, на краску, тоже сложно описать.

Врачи выписывали препараты, витамины, но ничего не помогло. Советовали делать ароматерапию с эфирными маслами, но тоже без результата.

Как изменились мои привычки? Готовая кулинария — до свиданья. На работу приходится делать ссобойки, потому что обед из магазина всегда будет с луком или чесноком. Много раз уже бывало, что продавцы меня убеждали в обратном, и очередная котлета отправлялась в мусорку или на обед бездомным собакам.

Для меня трагедия, если в офисе кто-то разогрел в микроволновке еду с луком, — дышать становится невозможно.

В семье всегда готовим два варианта блюда — отдельно для меня и отдельно для всех остальных.

Так и живем.

Что такое постковидный синдром?

По данным ВОЗ, в 2020–2021 гг. примерно у 17 миллионов человек в Европе наблюдались долгосрочные последствия COVID-19. Даже сейчас, когда самый тяжелый этап пандемии, вероятно, уже миновал, риск развития постковидного синдрома после заражения COVID-19 остается столь же высоким (примерно 10−20% от общего числа инфицированных).
 
Поскольку это совершенно новый синдром, врачи часто не могут с уверенностью определить наиболее эффективные пути оказания помощи пациентам с длительным COVID-19. С учетом того, что у лиц с этим патологическим состоянием было зафиксировано в общей сложности более 200 различных симптомов, универсальных подходов к его лечению не существует.