Полномасштабная война, которую Россия начала против Украины год назад, преподала белорусам несколько важных уроков — и о мире, в котором мы живем, и о нас самих. Это колонка Юрия Дракохруста.
Юрий Дракохруст
Обозреватель «Радио Свобода»
Кандидат физико-математических наук. Лауреат премии Белорусской ассоциации журналистов за 1996 год. Журналистское кредо: не плакать, не смеяться, а понимать.
Урок первый — о России
Россия — опасная страна. Когда она считает, что затронуты ее интересы, она их отстаивает любой ценой, не считаясь ни с какими издержками. При определении своих интересов интересы соседних и дальних стран и народов она во внимание не принимает.
Впрочем, полной неожиданностью для белорусов это не стало. В 2020 году Кремль оказал всестороннюю поддержку Александру Лукашенко в его противостоянии протестам, президент России Владимир Путин сформировал тогда силовой резерв для оказания помощи белорусскому режиму на случай более серьезного оборота событий.
Кстати, в июне прошлого года, в разгар войны, глава российского МИД Сергей Лавров заявил, что в 2020 году Москва в Беларуси не остановилась бы ни перед чем. По его словам, в 2020-м «Россия незамедлительно оказала политическую и моральную поддержку и была готова оказать любую другую поддержку для недопущения государственного переворота».
Это обстоятельство следует учитывать и в ретроспективных оценках возможных исходов протестов 2020 года, и на будущее. Более решительный протест тогда вызвал бы вооруженное вмешательство России — то, что она совершила в феврале 2022 года относительно Украины, случилось бы относительно Беларуси в 2020 году. Возможно, в народном понимании этого — одно из объяснений сугубо мирного характера тех белорусских протестов. Белорусы протестовали с цветами и снимая обувь, становясь на лавочки, кроме всего прочего и потому, что чувствовали, что в ответ на иные действия придут русские и будут в них стрелять.
Это урок и на будущее. Если только политическая воля России в ходе войны не будет ослаблена донельзя, она в случае повторения в Беларуси событий 2020 года будет действовать так же, как готова была действовать тогда и как действует в Украине сейчас.
Урок второй — о «чужой войне»
Как показывают многочисленные опросы общественного мнения (Chatham House, Андрея Вардомацкого, Филиппа Биканова), отношение белорусов к разным аспектам войны сформировалось практически сразу после ее начала и существенно не менялось на протяжении всего года. Для россиян вопросы об участии их страны в войне и об оценке позиции России в ней — это один и тот же вопрос, их страна ее начала и ведет. Для белорусов — это разные вопросы, и ответы на них существенно разные. С самого начала полномасштабных боевых действий белорусское общественное мнение подавляющим большинством было категорически против участия Беларуси в этой войне своими вооруженными силами. Можно предположить, что этот консенсус, объединяющий белорусов с разными политическими взглядами, был по крайней мере одним из факторов, из-за которых белорусскую армию не послали в бой. Об этих доминирующих настроениях знали и их чувствовали и Лукашенко, и Путин.
Однако в том, что касается роли России в этой войне и отношения к ней, никакого консенсуса не сформировалось. Хотя относительное большинство оценивало позицию Москвы отрицательно, значительная, сопоставимая с этим большинством, часть общества одобряла эту российскую войну.
При этом вторжение практически не повлияло на отношение к самой России — оно положительное примерно у 70% респондентов. И примерно столько же — около двух третей — заявляли о положительном отношении к Украине.
Такое, на первый взгляд, противоречивое отношение можно объяснить формулой «Это не наша война». Безусловно, часть белорусов горячо поддержала и поддерживает Украину. Но большинство, которое категорически против участия белорусской армии в войне, сформировано именно адептами формулы о «чужой войне».
Война — чужая. А Россия — нет. Как и Украина.
На первый взгляд, этот урок противоречит уроку «Россия — опасная страна». Для кого-то и противоречит. А для большинства это сочетается — опасная, но не чужая.
Урок третий — о решительности
Война породила в части белорусского общества готовность к решительным действиям, по крайней мере, большую, чем она была в 2020 году. Однако стоит отметить, что в действия эта готовность воплощалась только в ситуациях, напрямую связанных с войной и поддержкой Украины в ней. Чудовищной жестокостью репрессий можно было бы объяснить полное отсутствие действий — решительных или нет. Но, скажем, бойцы полка Калиновского жертвуют своими жизнями на поле боя в Украине. Но не в Беларуси. «Рельсовые партизаны» останавливали эшелоны с российской техникой и живой силой. И угроза репрессий их не останавливала. Но ни они, ни кто-либо иной не предпринимали решительных действий, скажем, относительно белорусских силовиков или иных представителей власти.
Сейчас часто звучат заявления о том, что мирный протест 2020 года был неадекватной тактикой, что в следующий раз дело не ограничится «цветочками» и «сниманием обуви перед лавочками». Но пока эти обещания и намерения если и претворяются в практику, то только в связи с Украиной и в поддержку Украины.
Урок четвертый — о ненависти
Мы можем быть нелюбимым и даже ненавидимым народом. Очень непривычное состояние. Американцы, русские, китайцы — они привычные к тому, что их много где и много кто не любит, это оборотная сторона глобальной роли их стран. А белорусов же любили все. Иногда — глядя немножко свысока, как на милых хоббитов. Но симпатизировали все — и близкие народы, и дальние. И тут вдруг массовая и сильная нелюбовь со стороны украинцев. Нам это представляется несправедливым. И потому что белорусов никто не спрашивал, когда втягивал их в эту войну, и потому что белорусская армия все же не убивает украинцев, и по множеству иных причин. Но то, что белорусы — второй после русских не любимый украинцами народ, — это неоспоримый факт украинского общественного сознания. Сводить это только к воздействию местной пропаганды безосновательно. Такое стремительное и существенное изменение отношения к соседнему народу не может вызвать никакая пропаганда. А вот ракеты, летящие с белорусской земли на украинские города, могут быть куда убедительнее.
Урок пятый — о Realpolitik
Нежелание украинского руководства встречаться с белорусским демократическим лидером Светланой Тихановской объясняется тем, что политика Украины в отношении Беларуси имеет по существу только одну цель — снизить риски вступления в войну белорусской армии. Насколько встреча Владимира Зеленского с Тихановской эти риски реально повысила бы — вопрос спорный. Но в Киеве считают, что повысила бы и что уж точно не снизила бы. Некоторые упрекают украинские власти за это в двойных стандартах, мол, Запад призывают поддерживать Украину во имя ценностей и принципов, а в отношении Беларуси практикуют брутальную Realpolitik.
Однако на самом деле ценностная мотивация Запада поддерживать Украину — как минимум не единственная. Дело в том, что поражение Украины повлекло бы за собой катастрофическую деморализацию Запада. Да, за западной границей Украины — НАТО с пятой статьей устава насчет коллективной обороны, там страны с современными войсками, современным оружием, которое Запад со скрипом дает Украине.
Но опыт нынешней войны показывает, что главное в сражении — это дух. Украинское общество, украинская армия демонстрируют, какой у них дух. Каким будет моральный дух стран НАТО, когда наступит их очередь после завоевания Россией Украины, когда моральный дух Европы будет подорван этим завоеванием? И даже если Кремль сейчас не собирается продолжать захватническую политику после планируемого покорения Украины, то, как говорится, аппетит приходит во время еды. Эйфория, драйв победы вкупе с деморализацией Запада породит желание продолжать, даже если его нет сейчас.
Так что, поддерживая Украину, Запад, кроме всего прочего (если не в первую очередь), следует все той же старой доброй Realpolitik. На войне и рядом с войной все в конечном счете исходят из своих интересов.
Уроки не обязательно содержат в себе готовые ответы. Часто это просто понимание, которое помогает найти их.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.