Лауреат Нобелевской премии мира, глава правозащитного центра «Вясна» Алесь Беляцкий был среди 123 освобожденных и выдворенных из Беларуси политзаключенных. В интервью Deutsche Welle он рассказал о своем взгляде на переговоры о прекращении репрессий, которые напоминают сталинские времена. А также заявил, что нужно продолжать бороться за справедливость, хотя пока «режим не идет ни на какие переговоры».
Беляцкий отметил, что вместе с ним был освобожден правозащитник «Вясны» Владимир Лабкович, но еще несколько человек остаются в тюрьме — это Валентин Стефанович, Марфа Рабкова и двое волонтеров.
«И мы, безусловно, ожидаем, что освобождение политзаключенных продолжится, что этот процесс будет идти дальше», — сказал он и поблагодарил все причастные стороны.
«Я очень надеюсь, что этот процесс продолжится. Очень важна здесь твердая позиция и стран Европейского союза, всего Европейского союза, чтобы настаивать на полном освобождении политических заключенных в Беларуси — с одной стороны. С другой стороны, [важно] прекращение репрессий в Беларуси, потому что одной рукой они (власти. — Прим. ред.) выпускают политзаключенных, другой рукой они набирают политзаключенных», — подчеркнул Беляцкий.
По его словам, сейчас за решеткой остаются его очень давние знакомые — лидеры и активисты гражданского общества, которые работали в Беларуси десятки лет.
«Поэтому эту торговлю политзаключенными надо прекращать», — сказал Беляцкий.
Он пояснил, что у него двойственные чувства. С одной стороны, радостно за то, что на свободе, увиделся с родными и близкими. С другой — нужно добиваться освобождения остальных:
«Я обращаюсь и к гражданскому обществу и к, скажем, тем людям, которые принимают политические решения, — мы должны продолжать оказывать давление на беларусские власти. С требованием освободить всех политзаключенных и прекратить те политические репрессии, которые каждый день продолжаются в Беларуси, которые не дают беларусам свободно вздохнуть, не дают беларусам спокойно жить».
Режим для политзаключенных стал садистским
Беляцкий рассказал, что, по сравнению с предыдущим тюремным опытом (в 2011—2014 годах), сейчас в Беларуси режим для политзаключенных можно назвать садистским:
«Сам режим содержания политзаключенных — он стал жестче, более садистским, я сказал бы. Жестокое обращение стало абсолютной нормой. Было полное лишение переписки, информации. В конце концов, даже в день освобождения два дня назад у меня забрали все мои рукописи, все те немногие письма, которые доходили до меня за это время».
По его словам, такие вещи «напоминают 30-е годы», когда жгли книги и записи арестованных беларусских писателей.
Еще он отметил, что сейчас власти могут бесконечно добавлять сроки осужденным, а также давить этим. По словам Беляцкого, «это все организовано сейчас в очень конкретную систему психологического, морального, физического давления на политических заключенных, на твое здоровье, на твое самочувствие — чтобы уничтожить тебя, твою индивидуальность, преобразовать тебя в молчаливого раба».
«И эта система теперь уже отточена до совершенства. Она очень напоминает то, что было в советские времена, в сталинские времена. Эта постсталинская система в Беларуси сейчас процветает», — добавил он.
Беляцкий сказал, что сейчас «все колонии забиты политическими заключенными».
Как узнал о Нобелевской премии мира
О присуждении Нобелевской премии Беляцкий узнал от других заключенных в следственном изоляторе:
«Я узнал об этом в коридоре СИЗО от других политзаключенных, которые сказали, что как будто бы мне дали Нобелевскую премию. Через несколько минут, когда я встретился с адвокаткой, она действительно подтвердила эту новость, и это было абсолютно неожиданно для меня, хотя я был в этом списке номинантов на Нобелевскую премию, которых там всегда каждый год более 200 обычно».
Правозащитник был шокирован произошедшим. Он отмечает, что премию дали «не за наши какие-то успехи, а за тот героизм, я сказал бы, массовый героизм, который проявляли беларусы во время массовых акций 2020 года», за желание свободы и справедливости, которую выразили миллионы беларусов, и ежедневную многолетнюю работу гражданского общества и правозащитников.
В том, что премию дали не только беларусской правозащите, но и украинской и российской, он видит контекст украинско-российской войны. Как считает Беляцкий, мы «находимся в состоянии фактически военного положения в Беларуси, хотя оно не объявлено, но с тем, как действуют власти, это реальное военное положение». Есть и постоянная угроза войны, считает он.
Власти не идут на примирение, но нужно продолжать идти к свету
«Это наша действительность — то, что сейчас режим не идет ни на какие переговоры, вообще для них вопрос диалога не существует, потому что для них есть вопрос сохранения власти, подавления всякой другой мысли, всякой альтернативы. Политической, общественной, культурной — любой.
Сейчас в оппозиции находится и культурная составляющая нашего общества. Беларусский язык сейчас — это фактически лейбл оппозиционности. Это стало так, как было в советские времена когда-то. Если ты разговаривал по-беларусски, значит, ты был националист. Я это еще переживал в 80-е годы.
Сейчас мы с этим сталкиваемся — все, что не соответствует вот этой сталинско-советской системе, оно воспринимается как враждебное. Но даже вне этой власти, которая раньше или позже уйдет, я в этом убежден, проблема раскола беларусского общества остается. Часть людей у нас остается ментально воспитанной в советском времени. И мы, желая изменений, должны их учитывать — мы же не будем их загонять в концлагеря, мы не будем их репрессировать, я надеюсь, так, как это было применительно к нам. Мы должны жить одним народом, мы должны учитывать разновекторность и разноплановость нашего народа, если мы хотим, чтобы беларусы сохранились как единое целое», — заметил нобелевский лауреат.
По словам Беляцкого, пока позитивных перспектив не видно, но нужно продолжать идти вперед, ведь соседние народы тоже переживали драматические времена и очень непростые периоды, а стремление к справедливости, правде, нормальной атмосфере в обществе неистребимо. В Беларуси в 2020-е годы миллионы людей уже высказались, подчеркнул он.
«Мы это не должны забывать, эти люди наши, они никуда не делись, и мы являемся частью этих людей. Поэтому хочешь не хочешь… Учитывая эту чрезвычайно сложную и драматическую ситуацию, которая сейчас развивается в Беларуси, тем не менее я лично убежден в том, что мы должны продолжать свою работу, и рано или поздно она даст свой хороший результат», — сказал он.