Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Беларусскоязычное издательство остановило работу. Сообщается о задержаниях
  2. До 15 лет лишения свободы. Юрист объяснил, почему слова Эйсмонт о Статкевиче могут повлечь уголовные дела против Лукашенко
  3. «Новых не будет». Пропагандист рассказал о политзаключенных, для освобождения которых нужны «особые условия»
  4. У беларуски погиб на рабочем месте единственный сын. Она потребовала от его работодателя 1 млн рублей компенсации, сколько назначил суд
  5. После потери доступа к терминалам Starlink Россия изменила схему применения дронов — ISW
  6. «Попался как щука в невод». Аналитик о том, почему не сработала замена Лукашенко на Рыженкова для участия в «Совете мира»
  7. Где ждать +12°C? Рассказываем, какой будет погода с 23 февраля по 1 марта
  8. Делегация официального Минска вышла из зала во время речи Тихановской на заседании ПА ОБСЕ в Вене, Азербайджан этот демарш не поддержал


/

Индийские психиатры рассказали о необычном случае из практики. У молодой пациентки внезапно развились повышенное половое влечение и сексуальная активность после приема увеличенной дозы антидепрессанта из группы селективных ингибиторов обратного захвата серотонина, который ей назначили по поводу депрессии. Врачи заподозрили связь неожиданного побочного эффекта с лекарством. После его отмены все симптомы исчезли, что убедило медиков в правильности догадки, пишет Naked Science.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: unsplash.com / We-Vibe Toys
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: unsplash.com / We-Vibe Toys

Препараты из группы селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (СИОЗС) часто назначают для лечения тревожных расстройств и депрессии. Лекарства этого типа действуют на серотонинэргическую систему мозга, повышая уровень серотонина — одного из основных нейромедиаторов, который регулирует многие процессы в организме, в том числе эмоции, настроение и самочувствие.

Как и многие другие препараты, СИОЗС могут вызывать разные побочные эффекты, в том числе связанные с сексуальной сферой. Как правило, это снижение либидо, аноргазмия или эректильная дисфункция, но иногда возможна гиперсексуальность. Такой редкий пример недавно описали специалисты в области психиатрии одной из больниц Индии. Их статья вышла в Journal of Psychosexual Health.

За медицинской помощью из-за продолжительной депрессии, ухудшения сна, упадка настроения и суицидальных мыслей обратилась 25-летняя замужняя женщина. Симптомы развились после того, как она узнала о неверности мужа. Отношения с ним также испортились.

У пациентки диагностировали тяжелую депрессию без психотических проявлений и прописали принимать препарат из группы СИОЗС по пять миллиграммов в день. Постепенно врач увеличил дозировку до 15 миллиграммов, поскольку спустя два месяца состояние женщины улучшилось, но полностью симптомы не пропали.

В течение пяти дней после нового назначения пациентка столкнулась с гиперсексуальностью, которая выражалась в резком усилении либидо, непреодолимом желании мастурбировать и фантазиях о сексе со случайными людьми. Из-за сексуального возбуждения она стала добиваться близости с мужем, несмотря на ссору с ним. Все эти проявления, не свойственные обычному поведению, угнетали женщину, на фоне чего у нее продолжились приступы плача и мысли о самоубийстве.

Среди возможных версий врачи рассматривали манию и сексуальную одержимость, но не нашли им подтверждений. Анализы крови у женщины оказались в норме. Тогда медики провели тест с помощью шкалы Наранжо, который указал на вероятность связи с приемом медпрепарата. Пациентке заменили тип антидепрессанта, а также назначили антипсихотическое средство в сочетании с психотерапией. В течение двух-трех недель нежелательные реакции, в том числе гиперсексуальность, прошли, женщине стало значительно лучше.

Ученые отметили, что, в отличие от крупных контролируемых исследований, единичные случаи побочных эффектов не позволяют достоверно установить причинно-следственную связь с приемом препарата. Тем не менее отчеты о подобных примерах из медицинской практики важны, поскольку они привлекают внимание к необычным реакциям на лекарства, которые могут не проявиться во время первоначальных клинических испытаний.