На первый взгляд может показаться, что суррогатные партнеры — работники секс-индустрии: это люди, которым другие платят за то, чтобы решить свои интимные проблемы в постели. Однако обычно такую работу выполняют терапевты с лицензией. Они помогают человеку почувствовать себя более комфортно во время секса, принять свое тело и научиться использовать свои способности для того, чтобы удовлетворять свои потребности — вот как это работает и чем все-таки отличается от интима за деньги.
Что такое суррогатное партнерство и почему это не обычная психотерапия
Не каждый психотерапевт со специализацией в области сексуальной сферы — суррогатный партнер. Их работа с клиентами все-таки не включает интимный контакт и даже в принципе прикосновения. Суррогатное партнерство отличается именно тем, что там все это есть.
Со стороны может показаться, что суррогатное партнерство и проституция — одно и то же. Однако это не так. Разница в том, что секс-работники фокусируются на предоставлении удовольствия тем, кто им платит. Задача суррогатных партнеров состоит в другом — им нужно помочь человеку самостоятельно решить проблемы, связанные с близостью, то есть сделать так, чтобы в дальнейшем люди могли получать и доставлять удовольствие без помощи со стороны.
Суррогатные партнеры могут и вовсе обойтись без интимных практик, а сосредоточиться, например, на расслаблении клиента или клиентки. А еще — обучать социальным навыкам, чтобы у людей не было проблем с поиском пары.
Более того, при таких сеансах часто присутствуют три человека: клиент или клиентка, секс-терапевт и непосредственно суррогатный партнер. Есть варианты, когда специалист вовлекается во временные отношения, чтобы проиграть сценарии «из реального мира»: например, поход в кафе на свидание. Иногда подобные практики используются лишь как часть работы с «обычным» психотерапевтом.
Некоторые даже считают, что такая форма терапии должна быть доступна только определенным людям (например, с инвалидностью или ментальными расстройствами, после травмы от сексуализированного насилия). Мол, у них действительно могут быть глубокие проблемы с интимной близостью и принятием себя, а другим лучше разбираться самим.
Нюанс в том, что сфера суррогатного партнерства никак не регулируется законодательством большинства стран — можно легко столкнуться с аферистами, непрофессионалами или даже людьми, которые совершают насилие. Способов защиты, кроме как выбирать суррогатного партнера с соответствующим образованием и лицензией, для клиентов и клиенток, по сути, нет. Однако в Израиле, к примеру, суррогатные партнеры помогают военным за государственный счет.
«Меня привлекают все мои клиентки». Как о своей профессии говорит суррогатный партнер из России
На Западе суррогатное партнерство более на слуху. К примеру, в прошлом году о такой практике писали в New York Times, а еще существует Международная профессиональная ассоциация суррогатных партнеров, которая обучает и сертифицирует таких специалистов (пока там зарегистрированы только те, кто находятся в США). Однако подобные работники есть и в русскоязычных странах.
Издание «Холод» недавно рассказывало о суррогатном партнере из России Анзоле. По его словам, он единственный специалист в этой стране — по крайней мере, который говорит о себе публично. И Анзол не скрывает: он самоучка, потому что курсов, подобных тому, какие организовывает Международная профессиональная ассоциация суррогатных партнеров, в русскоязычном пространстве нет.
— Мой путь к суррогатному партнерству начался с обычных отношений. Я встречался с несколькими девушками, которые были в депрессивном состоянии. Я помогал им морально и в сексуальном плане, но, поняв многие вещи о себе, они от меня уходили. Я чувствовал себя опустошенным, но начал догадываться, что отношения со мной имеют какой-то терапевтический эффект, — вспоминал Анзол. — <…> Через некоторое время девушки начали рекомендовать меня подругам и говорили: «Сходи к Анзолу, он поможет». Мне казалось, что я начал много понимать про секс, психологию и чувственность людей и знаю, как помочь им справиться со сложностями в интимной жизни.
По словам Анзола, он «не привязывает к себе клиента, а выступает для него наставником и учителем». В этом и заключается его отличие от секс-работника.
— В нашей работе очень важно соблюдать личные границы и прислушиваться к желаниям и чувствам клиентов, иначе это будет реализацией моих фантазий. Нередко ко мне приходят люди, чьи границы когда-то были нарушены, и моя задача — восстановить и укрепить их. Но важно не забывать и о своих границах, иначе клиент будет использовать меня для личного удовлетворения, — отмечает Анзол. — Это неинтересно и травматично для меня, поэтому мы всегда заранее проговариваем, что допустимо для нас, а что — нет, решаем, как именно мы будем взаимодействовать.
Суррогатный партнер говорит, что сталкивается с людьми, чьи ситуации его впечатляют, «хотя он много чего видел». Например, однажды к нему пришла 50-летняя женщина, которая развелась после 30 лет брака, и у нее не было опыта с разными половыми партнерами. По словам Анзола, она «не понимала, как ей теперь жить и заниматься сексом».
— Меня привлекают все мои клиентки: или так работают какие-то внешние фильтры, или я умею видеть красоту в каждой. Возможно, влияют оба фактора, — рассуждает Анзол. — Однажды я не справился со своими чувствами, влюбился в клиентку и начал отношения с ней. Мы вместе уже четыре года. Она очень хорошо относится к моей работе, рекомендует меня знакомым и поддерживает. Секс с постоянной партнершей отличается от моей работы силой эмоций. Это совершенно другие переживания — как выпить кофе за рабочим разговором или с близким человеком. Вроде бы одно и то же действие, но даже вкус напитка может восприниматься иначе.
Анзол говорит, что в основном близкие поддерживают его деятельность, но родственники, за исключением мамы, «относятся к его работе скептически». И положительное отношение большинства в окружении, считает Анзол, очень важно, ведь нужно «быть устойчивым и удовлетворенным личными отношениями», чтобы работать с другими.
— В интернете есть группа моих хейтеров, но я не читаю их комментарии и не слежу за ними — просто знаю об их существовании. Конечно, я часто сталкиваюсь с негативными реакциями: каждый мой пост в интернете вызывает кучу возмущенных отзывов, — говорит Анзол. — Некоторые сексологи негативно относятся к суррогатному партнерству, потому что в нем нарушаются этические нормы, которым их учили: не сближаться, не допускать физического контакта с клиентом. Но есть и те, кто с осторожностью рекомендует меня и направляет ко мне людей. Осторожно — потому что правила запрещают психологам рекомендовать специалистов, которые не входят в ассоциации и не имеют сертификатов и профессионального образования.
Поблагодарить за статью