Белорусские власти уже дважды объявляли «экстремистскими» произведения классика XIX века Винцента Дунина-Мартинкевича. За что поэт попал в немилость и как реагируют на это решение его родные выяснило Deutsche Welle.
Двухтомник избранных произведений Винцента Дунина‑Мартинкевича признали в Беларуси «экстремистскими материалами». Такое решение 8 ноября 2023 года вынес суд Житковичского района (Гомельская область).
Книги вышли в госиздательстве «Мастацкая літаратура» в 2007 и 2008 годах. Издание попало в немилость, вероятно, потому что в нем напечатаны анонимные стихи «Плывуць вятры» и «Гутарка старога дзеда», призывающие к борьбе против Российской империи. Их автором литературоведы считают Дунина-Мартинкевича.
Оба стихотворения признаны «экстремистскими материалами» еще в августе, так же как и предисловие белорусского литературоведа и архивиста Язэпа Янушкевича к книге «DUBIA» из серии «Беларускі кнігазбор» «Выбраныя творы. Вінцэнт Дунін-Марцінкевіч».
Винцент Дунин-Мартинкевич — поэт, драматург, театральный деятель, его произведения включены в школьную программу, пьесы идут в белорусских театрах. Почему режим Александра Лукашенко вдруг испугался литератора, умершего почти 150 лет назад? Что об этом думают потомки Дунина-Мартинкевича?
Прапраправнучка писателя: «Я не могла в это поверить»
— Сначала я не могла в это поверить. Я подумала, что это слишком абсурдно, чтобы быть правдой. Однако люди, от которых я об этом услышала, не шутили, — рассказывает прапраправнучка Винцента Дунина-Мартинкевича Агнешка Крыжаньска-Дусь.
Она из любопытства даже нашла на Википедии текст «экстремистской» «Гутаркі старога дзеда».
— Я поняла содержание стихотворения, хотя никогда не учила белорусский язык, но не понимаю, чем стихотворение XIX века может навредить власти в XXI веке, — говорит собеседница.
Агнешка живет в Неполомице — небольшом городке в 20 километрах от Кракова. Она — учитель польского языка в начальной школе в Кракове, преподает его детям из Украины и Беларуси.
— Я не являюсь ни исследователем творчества Винцента Дунина-Мартинкевича, ни экспертом по политической ситуации. Я лишь выиграла в лотерею, будучи потомком известного человека, — говорит собеседница.
По ее словам, у Дунина-Мартинкевича много потомков в Польше, США и Нидерландах, только в ее поколении одиннадцать человек. После Второй мировой войны бабушка и дедушка Агнешки приехали в Польшу со своими детьми, взяв только самое необходимое для жизни.
— Много лет спустя, когда мой отец впервые посетил Лютинку (сейчас деревня в Минской области. — Прим. ред.), где он провел в детстве военные годы, он привез фотографию лестницы перед тем местом, где когда-то стоял усадебный дом из лиственницы, и кусок ствола липы, которая росла рядом с ним, — делится героиня.
Потомки Дунина-Мартинкевича были на праздновании его 200-летия в Беларуси
О своем родстве со знаменитым поэтом и драматургом Агнешка узнала, когда училась в старших классах школы — ей с братом отец показал документы и рассказал то немногое, что сам знал о Дунине-Мартинкевиче.
— О значении Винцента Дунина-Мартинкевича для белорусской литературы мы узнали только в 1980-е годы, благодаря Язепу Янушкевичу. Я искала информацию о своем прапрапрадедушке, но тогда без интернета это было непросто, — говорит собеседница.
Она также отмечает, что белорусскоязычные произведения Дунина-Мартинкевича не переведены на польский, а польскоязычное творчество не оценено, ведь он писал в то время, когда и другие выдающиеся поэты, в Польше он мало известен. Первое произведение Дунина-Мартинкевича, с которым Агнешка познакомилась спустя много лет, — «Пінская шляхта» в переводе ее тети Барбары Черноветской.
В 2008 прапраправнучку белорусского классика вместе с дядями пригласили в Минск — на официальное празднование 200-летия со дня рождения Винцента Дунина-Мартинкевича.
— Увидев масштаб церемонии, продолжавшейся несколько дней с утра до вечера, я поняла, насколько важен был наш предок для белорусской культуры. Это оставило у меня много незабываемых воспоминаний как от официальной программы, так и от встреч с людьми, — вспоминает Агнешка.
В этот визит в Беларусь она впервые посетила Лютинку, побывала на могиле своего знаменитого предка и на спектакле «Сялянка» («Ідылія») по пьесе Дунина-Мартинкевича, которую в театре им. Янки Купалы поставил Николай Пинигин.
В 2016-м Агнешка приезжала в Беларусь вместе с двумя дочерьми. Их пригласили на 150-летие пьесы Дунина-Мартинкевича «Пінская шляхта»:
— Мои дочери тоже смогли почувствовать и увидеть, насколько уважаем и ценится их знаменитый прапрапрапрадедушка.
Запрет привлечет новых читателей?
Через 7 лет произведения Винцента Дунина-Мартинкевича в Беларуси назовут «экстремистскими материалами».
— Я не могу ответить, почему поэта XIX века снова заклеймили «экстремистом» в XXI веке. Может быть, потому что двести лет назад его вина (участие в восстании 1863 года. — Прим. ред.) не была доказана, и кто-то решил, что пора исправить эту «ошибку»? — рассуждает Агнешка Крыжаньска-Дусь. — Однако, мне кажется более разумным указать на современных людей и явления.
Наведение страха и поиск врагов — известные и, к сожалению, популярные методы управления. Возможно, в этом есть какой-то глубоко скрытый смысл, который принесет властям ожидаемую пользу. Или совсем наоборот.
Прапраправнучка белорусского классика не теряет надежды, что запрет властей послужит рекламой произведениям Дунина-Мартинкевича и привлечет новых читателей, ведь «чем более противоречивой является книга, пьеса, фильм или песня, тем больше людей к ней стремятся».
— Надеюсь, что Винцент Дунин-Мартинкевич тоже переживет эту немилость (властей. — Прим. ред.), — добавляет Агнешка.
— Для многих это повод начать изучать Дунина-Мартинкевича, если не в Беларуси, то в других странах, открывать в нем что-то новое, потому что этот писатель всегда актуален своим свободолюбием, — уверен исследователь литературы, преподаватель, драматург и сценарист Василь Дранько-Майсюк.
По его словам, решение о признании «экстремистскими» произведений Дунина-Мартинкевича объясняется нынешней политикой Беларуси, направленной «на конфликт с западным миром, с Польшей».
Эксперт напомнил, что в свое время власти Российской империи обвиняли Дунина-Мартинкевича в поддержке восстания 1863−1864 годов под руководством Кастуся Калиновского. Хоть это и не было доказано, писатель год провел в тюрьме.
— Дунин-Мартинкевич поддерживал повстанцев, которые не хотели быть в империи, ему приписываются также некоторые антиимперские стихи. Сейчас Беларусь снова, к большому сожалению, под влиянием этой самой империи. Империя чувствует себя на белорусских землях так же свободно, как в XIX веке, — говорит Дранько-Майсюк.
Собеседник предполагает, что под критику властей могут попасть и другие «белорусско-польские или польско-белорусские писатели».
Что касается Дунина-Мартинкевича, эксперт считает, что власти могут «тихонько убрать его произведения из школьной программы», как уже убрали «Каласы пад сярпом тваім» Владимира Короткевича. И в нынешней ситуации в РБ «никто не будет высказывать свое несогласие».
— Просто постараются навести на него тень в прямом и переносном смысле, сделать так, чтобы люди о нем забыли. Так будет и с другими писателями, которые в XIX веке занимали активную антиимперскую позицию. Это жесткая логика сегодняшнего дня, — говорит Василь Дранько-Майсюк.