Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. В Беларуси меняют правила перепланировки жилья. С чем станет проще?
  2. Беларусы вместо двух билетов на рейс купили четыре. Решили не возвращать, а взять больше чемоданов. Что на это ответила «Белавиа»?
  3. Что будет с долларом после разгона цены на нефть выше 100 долларов? Прогноз курсов валют
  4. Пропагандист: В Беларуси начинают бороться с «теневыми тунеядцами» — людьми, которые ходят на работу, платят налоги, но делают очень мало
  5. В список «экстремистских формирований» внесли еще две организации
  6. «Должны были посадить, если бы ей чудом не удалось выехать». Рита Дакота рассказала, за что силовики задерживали ее маму в Беларуси
  7. Пропавшая с 150 тысячами долларов Мельникова уже после исчезновения купила две квартиры в Минске. Вот что узнало «Зеркало»
  8. «Ненавижу». Россиянин, который поджег авто беларусского генерала, — о заключении, пытках от Кубракова и о том, зачем пошел на войну
  9. «Вот это „Жди меня“ премиум». Полька искала родных в Беларуси для генеалогического древа — в соцсетях их нашли за несколько дней
  10. Беларус в Threads задался вопросом, почему в деревнях дома красили в желто-голубой цвет, — версии вас удивят
  11. YouTube в Беларуси заблокируют? Вспоминаем, как дважды это уже случалось (и что говорили эксперты)
  12. Гостелеканал спросил у жителей Гродно, поддержат ли они блокировку YouTube. Участники опроса были единодушны
  13. Лукашенко обрушился с критикой на руководство крупной компании, которую ранее национализировали
  14. «Небо оживает». Над Беларусью «стали замечать» самолеты европейской страны
  15. Стал известен приговор айтишнику из Wargaming, которого судили по восьми статьям. Одна из них — «расстрельная»
  16. Собираются ввести новшества в отношении недвижимости
  17. «Нам нужны все граждане». Отказ от беларусского паспорта в эмиграции обойдется в 400 евро, но может и не получиться — узнали подробности
Чытаць па-беларуску


Музыкант, художник и телеведущая Катерина Водоносова в интервью проекту «Жизнь-малина» рассказала о своей борьбе с раком груди и причинах отъезда из Беларуси.

Фото: скрин с видео
Фото: скрин с видео

В мае этого года польские врачи диагностировали у Катерины рак. Она открыто и предельно откровенно пишет о своей борьбе с болезнью и уверена, что если бы держала все в себе, ей было бы хуже. Катерине уже сделали две операции, у нее начался курс химиотерапии. Девушка предполагает, что причиной рака стал стресс.

 — Больш за тое, ў лекарскім засвядчэнні напісана, што ў мяне стрэс — гэта прычына. У мяне ў сям'і ні ў каго не было раку, ніхто на яго не хварэў. Можа, нейкім чынам паспрыяла і аварыя на Чарнобыльскай АЭС. Але каталізатарам паслужыў весь гэты трындзец, які нас напаткаў у 2020−2022 гадах, — рассказывает она.

После того, как она рассказала в своих соцсетях о диагнозе, интерес аудитории к ней вырос.

— Чалавек заяўляе пра тое, што табуявана. Хаця я не ведаю з якой нагоды. Гэта ж не сіфіліс ці СНІД, хаця і гэтыя хваробы павінны быць нармальна прагавораныя, нічога ў гэтым заганнага няма. Чаму гэта выклікае асаблівую цікавасць? Напэўна, таму што людзі падсвядома баяцца такіх рэчаў. А тое, чаго чалавек баіцца, тое яго і вабіць. Я разумею, што людзям цікава чытаць пра гэтыя ўсе рэчы. Але мне асабіста не цікава чытаць пра хворых на рак, нейкія кніжкі, якія мне чамусць усе раюць пачытаць, — говорит она и отмечает, что ее можно назвать «послом рака».

 — Так, я адчуваю сябе амбасадарам раку, таму што я сутыкнулася з тым, што многія нават сярод маіх асабістых знаёмых зараз хварэюць на рак, і яны не кажуць пра гэта нікому. Яны шукаюць парыкі такія ж самыя, як іх натуральныя валасы, каб як мага меньшая колькасць людзей заўважыла, што з німі штосьці не так. І мяне гэта, шчыра кажучы, бесіць. Чаму мы павінны саромецца таго, што мы не выбіралі? Для мяне гэта такая задача: паказаць, што гэта не заган, што гэта не вынік якіх-небудзь забабонаў. Як мне таксама пішуць: «Кацярына, вас сурочылі, тэрмінова ідзіце ў царкву і стаўце свечку». Гэта праява майго цела, майго стану і мне няма за што саромецца. І мне вельмі хочацца, каб людзі, якія апынуліся ў такой ж сітуацыі, таксама перасталі гэта рабіць. Калі б я сядзела і маўчала пра свой рак, мне было б значна цяжэй. У разы цяжэй… Я не ведаю, якой моцай духа трэба валодаць, каб сам насам змагацца з гэтым. Мне прасцей, калі я бачу рэакцыю, падтрымку і мне хочацца зрабіць так, каб людзі, якія да гэтага часу чамусьці саромяцца, таксама маглі шукаць гэтую падтрымку не толькі ўнутры сябе, але ўнутры свайго атачэння, — говорит она.

Также Катерина рассказала, что была вынуждена уехать из Беларуси после того, как ей стали звонить с неизвестного номера и угрожать, что ее дети могут оказаться в приюте.

Оказалось, что семья к тому времени стояла в СОП, несмотря на то, что дочь телеведущей была победительницей республиканских олимпиад и ее фотография висела на доске почета в школе. Формальные причины были такими: Катерина к тому времени была уволена с телевидения, она не работала, была разведена, а на алименты не подавала.

Когда же она вышла второй раз замуж, оказалось, что отчим детей, в случае, если она попадет за решетку, стать опекуном ее детей не сможет. Все это послужило толчком для принятия решения уехать из Беларуси.

 — Я была гатова да адсідкі, мы ўсе тады былі пасыянарыямі, у гэтым нічога такога дзіўнага не было, усе гатовыя былі адсядзець, але ніхто не ведаў, што сядзець прыйдзецца па 10−15 гадоў. І калі я саджуся ў турму, то мае дзеці адпарўляюцца ў прытулак. Па сутнасці, другога выйсця ў нас не засталося. Трэба было вельмі хуценька з’язджаць. Гэта быў такі момант, які мяне, напэўна, падкасіў, — говорит она

Тем не менее, Катерина уверена, что события последних двух лет сделали белорусов более сильными. И ей было бы намного сложнее, если бы она узнала, что у нее рак, в Беларуси.

— Я бы сабе нажыва хавала. А зараз пасля ўсіх момантаў я стаўлюся да хваробы, як да шэрагавай падзеі. Мы столькі ўсяго зрабілі, не маючы магчымасцяў, не маючы рэчаў, таму што шмат хто выязджаў без нічога і шмат хто зараз у Беларусі не мае магчымасці нешта рабіць, але робіць. І гэта паказчык таго, што нас не зламаць, не спыніць, не стрымаць, — уверена она.